Загадочная закорючка. «Госпиталь кошмаров» Ахтубинска продолжает удивлять

0 просмотров Нет комментариев

Родственники погибших в ковидном госпитале получили доступ к медицинским картам своих родственников и обнаружили странные метаморфозы — напротив разных фамилий докторов стоит как будто одна и та же подпись.

Письмо в редакцию

В январе 2021 года в редакцию АиФ.ru пришло письмо от жителей Ахтубинска Астраханской области. Его авторы пожаловались на качество медицинской помощи в местном ковидном госпитале. А именно на то, что, по их словам, в стационаре не смогли оказать должную помощь их заболевшим родственникам.

«Что вы сюда припёрлись, не видите, что ли, его состояние?» — так встретили в отделении отца Ольги Банниковой.

Судя по машинописному тексту, подпись должна стоять разных людей. А как будто одна и та же? Фото: личный архив/ Елена Истомина

«Состояние, как сказал заведующий, было стабильно тяжелое, — вспоминает Ольга. — Врач спросил, есть ли какие-то сопутствующие болезни. Мы ответили, что нет, так как папу ничего не беспокоило. Человек 16 лет не ходил ни на один больничный. Мама постоянно звонила и узнавала о его состоянии. Ничего конкретного не говорили, а в 5:00 ей позвонили, выразили соболезнование и бросили трубку. На этом мир рухнул… В справке о смерти нам написали, что папа умер от острой респираторной недостаточности. Как? Человек дышал сам! Сатурация 91-94, как можно умереть от такого?»

В разгар пандемии в ковидном госпитале не работал компьютерный томограф и были перебои с кислородом. Некоторым пациентам даже приходилось покупать свои баллоны и приносить их в больницу. Астраханка Зарина Байрамова, когда в ковидный госпиталь положили её папу, принесла ему заправленный кислородный баллон.

«У него уже началась, со слов медиков, полиорганная недостаточность. Как мы предполагаем, на фоне перебоев с кислородом в отделении. В один из таких дней кислород в баллонах закончился, и были проблемы с дозаправкой. Об этом нам сообщил медицинский сотрудник ковидного госпиталя, — рассказывает Зарина. — Мы понимали, что помочь папе мы можем только сами. Через своих знакомых мы нашли заправленный баллон, который мой брат лично доставил в госпиталь, чтобы хоть как-то облегчить папино состояние».

Всего письмо-обращение подписали семь человек. Ахтубинцы жаловались на то, что их погибшим родным вовремя не назначали необходимые препараты, а те, которые они приносили по рекомендации врача, вовсе не вводили (например «Актемру»), не назначали во время тестов на COVID-19, а просто выписывали домой с диагнозом «старость». Но люди позже погибали от коронавируса. Так, например, произошло с заслуженным врачом Николаем Рудиковым, которому довелось в ноябре попасть в ковидный госпиталь к своим же коллегам-врачам.

Долгое время ахтубинцам, потерявшим близких в ковидарии, даже не давали ознакомиться с медицинскими картами своих родных. Медики ссылались на медицинскую тайну: мол, при жизни погибшие такого согласия не выражали. Но на этот счёт есть Постановление Конституционного суда. Там говорится, что медучреждения обязаны предоставлять медицинскую документацию по требованию супруга (супруги) и близких родственников (членов семьи) умершего пациента. 

Закорючка

Ахтубинцы также написали коллективное обращение в профильные региональные ведомства, Правительство РФ и Общественную палату. В итоге после проведённых проверок некоторые из врачей лишились должностей. Решился вопрос с поставкой кислорода, с которым в больнице Ахтубинска были большие проблемы. Но главное — родственникам дали возможность ознакомиться с медицинскими картами своих родных.

«Нам предоставили истории болезни, мы их изучили, — рассказывает Елена Истомина. — Сейчас идёт медицинская экспертиза карт. Была проверка Росздравнадзора. Выявили нарушения, что в госпитале не было достаточно персонала, неправильно назначали препараты, несвоевременно осуществляли перевод на ИВЛ». Но главное, на что обратили внимание родственники, а надзорные и проверяющие органы пока нет, — на таинственную закорючку: подпись, которая присутствует в большинстве медицинских карт. 

Родственники собираются проводить почерковедческую экспертизу. Фото: личный архив/ Елена Истомина

Судя по машинописному тексту, подпись должна стоять разных людей. А как будто одна и та же! Неужели врачи Нурекешев, Крыльцов, Шуренов, Дуанбаев расписываются одинаково? И ни у кого из них нет фантазии?

Решение за экспертизой

Конечно, утверждать, что это подпись одного и того же человека, нельзя — это может сказать только почерковедческая экспертиза, которую родственники намерены провести после оценки медицинской документации. 

Но поговаривают, что некоторые врачи уже начали отказываться от таинственной закорючки. Дескать, не их рукой подпись сделана.

«Кто конкретно делал эти подписи и в какое время — мы можем только догадываться, — говорят родственники. — Возможно, они сделаны во время лечения наших родных в ковидном госпитале, и это просто халатность, а может быть, эти приписки возникли и после, когда мы уже начали обращаться с жалобами, в том числе и в СМИ. Одной они ручкой делались? Одним и тем же человеком? Всё это вопросы для почерковедческой экспертизы».

Источник aif.ru

Похожие статьи

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован. Обязательные поля помечены как (обязательное)

13 − 11 =